«Чтобы будет с нашей армией в ближайшие годы? Посчитаем и оценим», - Игорь Луценко
В ВСУ через два года может просто не остаться людей. Об этом на своей странице в «Facebook» написал бывший народный депутат и действующий военный Игорь Луценко.
Какие цифры озвучены?
Как утверждает Роман Костенко, народный депутат по оборонному комитету, Украина мобилизует 30 тысяч ежемесячно.
«Официальное», то есть зарегистрированное правоохранителями СОЧ составляет около 16-19 тысяч. Из них опять-таки, по данным Офиса Генпрокурора, очень незначительный процент возвращается из-за механизмов «амнистии».
Официальный, то есть озвученный Президентом темп потерь — непонятный, потому что Зеленский упомянул только погибших, а пленных и без вести пропавших (ныне основная статья безвозвратных потерь на поле боя сейчас) не назвал. Оценочный темп потерь по источникам западной печати (Экономиста, WSJ, Spiegel) – 5-8 тысяч в месяц. Сюда можно приплюсовать столько тяжелых раненых, которые надолго или навсегда выбудут из строя.
Таким образом, если смотреть на такие цифры, количественный состав украинской армии должен или немного расти, или немного спадать помесячно.
Что в действительности?
Мобилизация 30 тысяч, по всей вероятности, происходит далеко не каждый месяц, и, вполне возможно, что даже 20 тысяч является довольно успешным показателем.
Величину потерь в поле боя, указанные в иностранных источниках, можно пока оставить как есть.
А вот показатель в 19 тысяч дезертиров и самовольно сбросивших часть — однозначно занижен. Продолжаются практики, препятствующие оценить более полное это явление. Во-первых, из-за большого количества ненужных бумажных проволочек воинские части не могут оформить все случаи СОЧ, которые у них имели место, а следовательно не могут должным образом сформировать сообщения для правоохранителей. Во-вторых, даже если сообщение о СОЧ должным образом оформлено и направлено в ГБР, там его все еще очень часто не регистрируют, как того требует Уголовный процессуальный кодекс. Доходит даже до того, что из 10 СОЧ в определенных частях зарегистрировано уголовных производств только по 2. То есть в конкретном подразделении реальных беглецов из войска в пять раз больше, чем показано в официальной статистике!
Перспектива, чистые гипотезы. Достаточно консервативно можно предположить, что ежемесячное сокращение армии может составить 10-15 тысяч человек, которое происходит, несмотря на мобилизационные усилия ТЦК и кампанию по привлечению добровольцев. Это предположение пока не имеет официального подтверждения, но и опровергнуть его будет довольно трудно.
И еще одна «чистая гипотеза». По-настоящему воюет, реально держит фронт отнюдь не бумажный миллион. На самом деле, в лучшем случае это тысяч 400-500 (из которых очень небольшая часть находится на нуле). А то и 300 тысяч. И таким образом видим, что таким темпом еще каких-нибудь 2 года — и на фронте не останется никого.
Что с этим делать. Либо начать проводить политику мобилизации (сейчас государство ее комплексно не проводит, все сбросили на почти «рядовых» военных – должностных лиц ТЦК), либо радикально снижать потери, либо делать так, чтобы боеспособность армии зависела не от количества, а от качества. Впрочем, это отдельная большая тема.
В любом случае, 2 года – это оптимистичный сценарий, если оставлять все, как есть...
