«Дилемма, с которой Путин столкнется в 2025 году: прекращение войны будет столь же опасно, как и ее ведение», - «Foreign Affairs»
Несмотря на определенные территориальные продвижения на фронте в Украине и пока общую стабильность экономики, Россия стратегически оказалась в тупике. Об этом пишет в авторской статье для «Foreign Affairs» член Научно-консультативного совета Финского института международных отношений Андрей Колесников.
Спустя три года после начала своей «специальной военной операции» на Украине президент России Владимир Путин сталкивается с надвигающимся выбором. На публике он излучает оптимизм. Он вытащил свою страну из пропасти и военными средствами защитил ее суверенитет, или, скорее, то, что он называет суверенитетом.
ВВП России растет — по официальным данным, в 2024 году он увеличился примерно на четыре процента — и заработные платы не только растут, но и, по-видимому, идут в ногу с ценами, несмотря на то, что годовой уровень инфляции сейчас составляет более девяти процентов.
За этим фасадом военный бюджет удвоился за три года, и рост в подавляющем большинстве обеспечивается военной экономикой; потребительский сектор, где инфляция еще выше, стагнирует.
И война, хотя ее стоимость продолжает расти, по-видимому, идет по пути России: по словам Путина, российские войска «освободили» не менее 189 населенных пунктов на Украине в 2024 году, а западные ПВО не имеют никаких шансов против новейшей российской ракеты.
Но на самом деле не все хорошо, когда Россия вступает в новый год. Используя жесткую силу, Путин утратил мягкую силу. Пытаясь восстановить Российскую империю, он теряет российское влияние на ее бывших территориях. Стремясь увеличить расстояние между границами России и НАТО, он добился противоположного: трансатлантический альянс теперь, как мрачно предупреждает Кремль, «у ворот».
Внутренний фронт также нестабилен. Экономика все больше структурируется в военно-государственном ключе, а карательно высокая базовая процентная ставка центрального банка в 21 процент — необходимая для контроля инфляции — ставит некоторые предприятия на грань банкротства.
Отдавая приоритет безопасности, Кремль сделал россиян менее защищенными: для многих повседневная жизнь теперь состоит либо из ожидания прибытия вражеского беспилотника, либо, для тех, кто против войны, решительного стука в дверь со стороны властей.
Общественные нравы были разъедены банализацией насилия, и патриотизм теперь рассматривается как готовность продать себя в окопы за все более высокую цену в виде щедрых бонусов за поступление на военную службу и зарплат.
Сравнения с его советскими предшественниками не в пользу Путина: постсталинский Советский Союз гордился «Спутником»; путинская Россия гордится «Орешником», своей новейшей гиперзвуковой ракетой.
Еще более серьезная проблема — это будущее. Доведя страну до этого, неясно, смогут ли Путин и его команда вернуться назад. Демилитаризация экономики и демобилизация населения рискуют подорвать систему, которая поддерживает его правление. Даже несмотря на то, что расходы продолжают расти, Путину нужна постоянная война, чтобы сохранить большинство россиян, которые поддерживают военные действия и все более персоналистский подход Кремля к власти.
Вот дилемма, с которой Путин столкнется в 2025 году: прекращение войны будет столь же опасно, как и ее ведение.
Вместе с тем Колесников отмечает, что Россия не имеет достаточно материальных и демографических ресурсов, чтобы полностью захватить Украину. А без Украины не может быть и речи о восстановлении Российской Империи, к которому стремится Путин.
Сегодня, 07:50
52
«Умеров работает на турецкую разведку… Он втерся в доверие к Президенту и на@бывает всех на каждой Ставке...», - Мария Берлинская
04 августа, 11:31
63
