«Для Путина война в Иране изменила все», - «The New York Times»
Если в начале 2026 года Кремль оказался перед риском серьезного экономического кризиса, и это могло подтолкнуть главу РФ к переосмыслению войны против Украины, то стремительные изменения в мировой политике, в частности эскалация на Ближнем Востоке, фактически сняли с Москвы часть давления и изменили ее расчеты. Об этом пишет «The New York Times».
Еще на старте года в России стремительно падали доходы бюджета, сокращалось производство, бизнес терял доступ к кредитам из-за заоблачных ставок, а риски массовых банкротств только росли.
Особенно показательной стала ситуация с нефтью, которую Россия была вынуждена продавать со значительным дисконтом, что больно ударило по ключевым доходам государства.
В таких условиях глава РФ Владимир Путин, ранее фактически игнорировавший экономические предостережения, в феврале начал внимательнее прислушиваться к ситуации.
В его окружении заговорили о том, что экономические трудности могут заставить Кремль хотя бы частично пересмотреть свою позицию по войне и задуматься над вариантами переговоров.
Эти настроения подкреплялись и разговорами о кадровых изменениях.
Среди возможных фигур, которые могли бы получить большее влияние в переговорах, называли Игорь Сечин — одного из ближайших к Путину людей.
Параллельно ходили слухи о потенциальной перезагрузке правительства, которая могла задеть и Премьера Михаила Мишустина.
Все это выглядело как подготовка к возможному политическому маневру.
Впрочем, этот сценарий быстро потерял актуальность, и после резкого обострения ситуации вокруг Ирана и гибели верховного лидера Али Хаменеи мировые цены на нефть стремительно пошли вверх, и эти изменения вернули России ощутимый финансовый ресурс.
Одновременно выросли доходы от экспорта, а глобальные проблемы с продовольствием повысили спрос на российские удобрения.
Не менее важным для Кремля стало и то, что внимание Соединенных Штатов переключилось на Ближний Восток.
В частности, это не только ослабило фокус на войне в Украине, но и потенциально сократило объемы помощи Киеву. К тому же в Москве рассчитывают на внутренние политические колебания в США, которые могут повлиять на позиции Дональд Трамп и общий курс Вашингтона.
В то же время даже в самой России не все верят в долговременность такого облегчения.
В политических и деловых кругах предполагают, что эффект от внешних факторов может оказаться кратковременным, а санкционное давление со временем вернется.
«Кажется, что вскоре господину Путину придется сделать важный выбор: либо согласиться на определенную форму деэскалации в Украине, потенциально включая прекращение войны, либо двигаться в противоположном направлении — усилить контроль по всем направлениям, вплоть до точки новой мобилизации. Невозможно предсказать, какое решение примет господин Путин. Но большим фактором будет то, продолжит ли Америка вести собственную войну», — говорится в статье.
12 июня, 21:26
107
Премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф заявил, что окончательный текст соглашения между США и Ираном уже согласован
12 июня, 19:39
128
