Контроль Ирана над Ормузским проливом превратился в его самое мощное оружие и главный козырь на переговорах с Дональдом Трампом
За три месяца после начала войны Тегеран фактически парализовал судоходство в одной из важнейших водных артерий мира, пишет «The New York Times».
Еще в середине февраля, незадолго до начала войны, Корпус стражей исламской революции провел учения с боевыми стрельбами у своих берегов. Иранские государственные СМИ обнародовали их официальное название – «Умный контроль над Ормузским проливом». Это был прямой сигнал Вашингтону, который по до конца не ясным причинам остался неуслышанным.
Уже через несколько дней после начала войны в конце февраля иранские военные установили контроль над проливом, угрожая танкерам катерами, ракетами и беспилотниками. Судоходство остановилось, цены на энергоносители взлетели. В апреле Трамп в нецензурной форме потребовал, чтобы иранское руководство открыло пролив, - иначе «будете жить в аду». В Иране ответили насмешками.
Бывшие американские чиновники, годами моделировавшие вероятную реакцию Тегерана на удар США, говорят: ничего неожиданного не произошло. Пентагон неоднократно проводил военные игры по возможному конфликту с Ираном.
«Каждый раз первое, на чем мы сосредотачивались, был пролив - без исключения», - заявил Деннис Росс, занимавший высокий пост в Совете нацбезопасности при Обаме.
Бывший советник Трампа по нацбезопасности Джон Болтон высказался еще резче.
«Невозможно поверить, что закрытие пролива стало для Трампа неожиданностью», - сказал он. Настоящий вопрос, по его мнению, в том, почему администрация оказалась настолько неготовой.
В Белом доме настаивают, что были готовы. Пресс-секретарь Оливия Уэйлз заявила, что благодаря детальному планированию администрация предусмотрела любые действия Тегерана и уничтожила множество мин и более 40 минных заградителей.
Но анализ событий накануне войны показывает: Трамп недооценил способность Ирана перекрыть пролив и переоценил возможности США снова его открыть. Часть его команды рассчитывала, что иранское правительство падет раньше, чем успеет действовать. Другие считали, что Иран не пойдет на «экономическое самоубийство», потеряв собственный нефтяной экспорт.
Через пролив проходит около 20% мировых поставок нефти. В 2011 году, после очередных угроз Тегерана, Обама тайно предупредил Хаменеи, что вмешательство в судоходство станет «красной линией». Иран тогда отступил.
Но удар Трампа в конце февраля изменил расчеты: авиаудары убили Хаменеи и других иранских чиновников, а сам президент призвал к падению режима.
«Мы шли на смену режима. Вот ключ - именно поэтому иранцы закрыли пролив», - объяснил Кеннет Поллак, бывший аналитик ЦРУ. Премьер Израиля Биньямин Нетаньяху уверял Трампа, что иранское правительство можно свергнуть.
Иранская тактика, вероятно, застала Пентагон врасплох. Планирование исходило из того, что Тегеран густо заминирует пролив. Вместо этого Иран сделал ставку на береговые ракеты и дешевые беспилотники. «Они недостаточно сосредоточились на дронах», - сказал Болтон о команде Трампа. У США до сих пор нет эффективной защиты от беспилотников - это показали еще атаки йеменских хуситов в Красном море в конце 2023 года.
Трамп также надеялся на помощь союзников. Третьего марта он объявил, что американские корабли начнут сопровождать танкеры. Но ни одна страна за пределами региона не присоединилась к тому, что многие считают безрассудной войной. Коалиция во главе с Британией и Францией готова помочь патрулировать пролив, но лишь после официального соглашения между США и Ираном.
В мае Трамп объявил ограниченную гуманитарную операцию «Project Freedom» для спасения застрявших танкеров, но свернул ее уже через день - после протеста Саудовской Аравии, опасавшейся опасной эскалации. За последние недели США тихо провели через пролив около 70 судов - слишком мало, чтобы повлиять на мировые рынки.
«Это всегда было очень сложной проблемой. Меня не удивило ничего из того, что сделали иранцы», - подытожил Поллак.
