«Наши противоречия с Польшей гораздо глубже, чем нежелание части польского политикума позволить Украине вступить в ЕС», - Вадим Денисенко

Каковы главные причины нынешнего обострения. Не поводы, а именно причины?

Многолетняя кампания «волынская резня», которую начал еще во времена Януковича Вадим Колисниченко. За последние четырнадцать лет эта история вышла за пределы исторического дискурса и стала одним из ключевых нарративов польского ресентимерта.

Я много лет говорил и говорю, что наша позиция исключительной глорификации украинской стороны была непродуктивной, и сейчас мы видим, в том числе, и последствия этой истории. Как и любой подобный межэтнический конфликт, волынская трагедия не имеет исключительно черно-белых тонов. А мы годами пробовали зажать его именно в эту палитру. Но если шире, нам все равно придется писать свою историю Второй мировой. Очень сложную и неоднозначную. Чем дольше мы это оттягиваем, тем больше мы будем попадать в ловушки ресентиментов (собственных и наших соседей).

Относительно небольшая часть польского общества не имеет желания признавать украинцев равными себе. Это не определяющий фактор, но из-за практически одномоментного большого наплыва украинских мигрантов мы имеем обострение этой «болезни». И эта болезнь перекидывается на тех, кто еще пару лет назад даже не мыслил такими категориями. Здесь мы имеем проблему с одним из ключевых законов пиара: «Те, кто живут в негативном поле, даже позитивные события превращают в нейтральные или нейтрально-негативные».

Раз в неделю мы имеем большой скандал с участием украинца. То какой-то блогер заехал в парк на автомобиле и хвастается тем, что он единственный, кто себе это позволил. То другой выловил сома, который был любимцем местной публики. Все это приводит к созданию общего негативного фона. И Бандера здесь является лишь фоновой историей.

Обострение борьбы на правом фланге, к сожалению, катализирует антиукраинские процессы. Сейчас уже проблема не в «ПиС», а в ее будущих сателлитах — относительно небольших партиях, которые особенно подчеркивают свою радикальность в отношении украинцев. Социология сейчас показывает, что партия Качиньского не может получить большинство без этих сателлитов. И это тот случай, когда большой вынужден более активно и радикально мимикрировать под меньшего.

Боязнь польских фермеров перед вступлением Украины в ЕС. Как говорил когда-то один наш министр: поляки не так боятся ядерной ракеты из РФ, как украинского агрария. До последнего времени часть польского политикума считала, что благодаря Орбану можно будет и так не допустить Украину в ЕС. Сейчас Орбана нет, а потому нужно думать над другими способами ограничить украинскую аграрку.

Существуют также и конспирологические мотивы, которые стали активно распространяться в последние недели. Самый яркий — это немцы надоумили Зеленского назвать в честь героев УПА для того, чтобы потом поляки обиделись и не смогли стать главным распорядителем фондов по восстановлению Украины. А этими фондами управляла Германия. И в нашем случае я не склонен преуменьшать роль конспирологии.

Теперь главный вопрос — а что с этим делать, учитывая то, что простых ответов здесь нет? К простым ответам относится и самый нелепый: обидеться.

Начать нужно с того, что ни в коем случае нельзя допустить эскалации, которая бы перешла в реальное русло и позволила бы действительно забрать орден Белого орла. Насколько я понимаю, определенные шаги уже делаются.

Краеугольным камнем остается и будет оставаться «волынская трагедия». Мы уже дали разрешения на эксгумацию. Но мы не институционализировали эту историю. У нас нет условного «главного историка» по этому вопросу, который должен быть ключевым спикером и выразителем идей Украины. Это не может быть президент. Мы должны построить информационную экосистему вокруг этого исторически события, которая должна, с одной стороны, отойти от черно-белого восприятия, а с другой — должна иметь информационные и финансовые возможности менять нарративы.

Переговоры о польской аграрке и вступлении в ЕС совпадут с выборами в Польше (октябрь 2027). Поэтому уже сейчас нужно разработать отдельный информационный план по этому поводу и предоставить ему институциональные рычаги. Опять-таки, это не должен затягивать на себя президент. Это должна быть сложная и разветвленная горизонтально ориентированная кампания.

И напоследок я еще раз хочу повторить то, что писал выше: мы не имеем права обижаться. В политике обижаются или идиоты, или невероятно сильные игроки. Слабый должен играть игру, а не обижаться.

• Другие новости: ТЕХНОЛОГИИ УРАВНИВАЮТ ПОЛЕ МЕЖДУ БОЛЕЕ «СИЛЬНЫМИ» И «СЛАБЫМИ» СТРАНАМИ, ТРАДИЦИОННЫЕ ЗАВОЕВАТЕЛЬНЫЕ ВОЙНЫ МОГУТ СТАТЬ НЕВОЗМОЖНЫМИ