Почти в каждом сценарии, который сейчас просчитывают европейские штабы, главной опорой обороны континента становится Украина
Так считают авторы «Foreign Policy» Лиана Фикс и Пол Стейрс из Совета по международным отношениям.
Настроения в европейских столицах авторы описывают через образ кота Шрёдингера: НАТО для них одновременно живо и мертво. Живо - потому что союзники по-прежнему делают и говорят всё то же, что и раньше, чтобы сдерживать Москву. Мертво - потому что полагаться на Вашингтон, как прежде, уже не получается.
Поэтому Европа импровизирует. На уровне ЕС чиновники моделируют, как можно задействовать статью 42.7 - ближайший аналог пятой статьи НАТО - если Альянс окажется парализован. Париж и Берлин создали отдельную ядерную группу, чтобы обсудить роль французского арсенала в общеевропейском сдерживании.
В учебном сценарии, который Совет по международным отношениям недавно провёл с европейскими чиновниками и экспертами, действие разворачивалось в 2029 году. Отправная точка - хрупкое перемирие в Украине и изоляционистское правительство США, ищущее нормализации с Россией и выходящее из НАТО. Почувствовав шанс, Россия давит на Европу: сначала требования, затем удары обычным оружием и ядерные угрозы.
По сценарию европейские участники в основном опирались на Украину - как на плацдарм для ответных ударов в ответ на атаки России по территории НАТО. Украинская сторона предполагала, что её армия могла бы защищать и восточный фланг Европы. Если падёт Украина, следующей станет Европа - таким был вывод участников.
Почему именно Киев? У Украины самая мощная сухопутная армия обычного типа в Европе, закалённая годами боёв высокой интенсивности. Её возможности в беспилотниках, ПВО и искусственном интеллекте проверены в бою так, как не может похвастаться ни один европейский арсенал.
Баланс затрат и выгод смещается уже сейчас. Пока что именно Европа держит Украину на плаву: с января по апрель союзники ежемесячно выделяли около двух миллиардов евро новой военной помощи - вдобавок к 90 миллиардам евро финансового спасения. Но поддержка всё больше становится улицей с двусторонним движением.
Технологии беспилотников и совместное производство в Украине и за её пределами выходят на первый план в военных отношениях с Киевом. Европейские фонды на дроны для Украины выросли вчетверо - с 400 миллионов евро в 2022 году до 1,6 миллиарда лишь за первые четыре месяца этого года. После вторжения российских беспилотников в Польшу в сентябре прошлого года европейцы чувствуют себя уязвимее, чем когда-либо.
Было время, когда в Европе смотрели на украинские усилия свысока. Глава немецкой «Rheinmetall» Армин Паппергер ещё недавно пренебрежительно назвал украинскую оборону от дронов «игрой в «Lego» - дескать, это не уровень высоких технологий западного ВПК.
Теперь европейские военные планировщики знают лучше. Они понимают, что Украина держит для них линию фронта, а завершение нынешней войны высвободило бы российские войска для давления на восточный фланг НАТО. Их собственные армии не выдержали бы и нескольких недель той беспилотной войны на истощение, которую украинские военные ведут ежедневно.
Слабость Европы повышает ценность Украины - а значит, и обоснованность украинских требований взамен, таких как полноправное вступление в ЕС. Киев это понимает. На саммите «G7» в этом месяце Президент Владимир Зеленский настаивал на ускоренном членстве.
«Не все лидеры любят такой формат - быстрый путь, потому что хотят понятных и чётких шагов для всех. Но мы не все, при всём уважении. Мы в состоянии войны, и нам нужны более нестандартные шаги», - сказал Зеленский.
Постепенно в поле зрения попадает даже членство Украины в НАТО - если Альянс станет чисто европейским. По ядерной, воздушной и морской мощи Киев уступает Франции и Британии, но в противостоянии с Россией более сильного государства в Европе нет. Поэтому главный вопрос для Европы сейчас - не сколько стоит поддержка Киева, а что сама Европа может предложить Украине взамен.
