«Россия сегодня сильнее, чем предполагают её критики, но война ускоряет те процессы, которые ограничивают ее мощь», - «Foreign Affairs»

Начиная с 1980-х годов и особенно после распада СССР в США и на Западе укоренилось представление о России как о державе, находящейся в состоянии терминального упадка. Это сформировало соответствующий подход внешней политики Запада (включая расширение НАТО и снисходительное отношение к интересам Москвы, выразившееся, например, в тезисе Барака Обамы 2014 года о России как «региональной державе»).

Кортунов отмечает, что этот нарратив не соответствует действительности: Россия продолжает оказывать огромное влияние на мировой арене.

Автор приводит факторы устойчивости российской политики:

Россия остается ядерной супердержавой, а НАТО по-прежнему воспринимает ее как базовую угрозу, под которую планирует свою структуру.

Прочность экономики и режима: Беспрецедентная волна санкций не вызвала предсказываемого Западом экономического коллапса или внутренней дестабилизации.

Дипломатическая изоляция провалилась благодаря активному продвижению незападных структур, таких как БРИКС и ШОС, за счет которых Кремль участвует в формировании постзападного миропорядка.

Партнерство «без границ» с Китаем создало мощный геополитический блок, компенсирующий разрыв с Западом.

Текущие геополитические успехи России во многом связаны с характером современного мира.

Внешнеполитический инструментарий Москвы наиболее эффективен в обстановке фрагментации, неопределенности и кризисов:

роста конфликтности, гонки вооружений и турбулентности в разных регионах;

отступления глобализации, протекционизми и разделения мировых рынков;

подъема национализма и девальвации механизмов «мягкой силы»;

нарастающих трещин в традиционных западных альянсах.

При этом, ключевая уязвимость внешней политики России заключается в потенциальной смене глобального тренда.

Период хаоса и турбулентности не вечен. Когда международная система начнет обратно консолидироваться и вырабатывать новые правила игры, инструментарий, заточенный исключительно под геополитическое противостояние, потеряет эффективность.

Когда международный порядок начнет стабилизироваться вокруг новых форм кооперации, жесткие институты и методы внешней политики России могут оказаться неприспособленными к изменившимся реалиям.

Демографический фактор способен стать ограничителем российской мощи на горизонте десятилетий, даже если в ближайшие годы экономика продолжит функционировать относительно устойчиво.

Ещё одна структурная проблема — зависимость России от экспорта сырья.

Россия может производить сложные военные системы, но это ещё не означает наличие полноценной инновационной экономики.

То есть модель, которая помогает режиму выживать в кризисе, может одновременно мешать России развиваться после кризиса.

Россия сегодня сильнее, чем предполагают её критики, она способна продолжать длительное противостояние, поскольку обладает ресурсами и адаптировалась к санкционному режиму.

Но одновременно война ускоряет те процессы — демографические, экономические и технологические, — которые в долгосрочной перспективе ограничивают российскую мощь.

• Другие новости: В ХАРЬКОВЕ С 3 ПО 9 СЕНТЯБРЯ РОДИЛИСЬ 52 РЕБЕНКА