«Трампа больше раздражает стремление Украины выжить в качестве независимого государства, чем навязчивое желание России эту независимость уничтожить», - «Bloomberg»

Сделка Президента Дональда Трампа о закупке дизельного топлива у России возмутительна с моральной точки зрения. Она вознаграждает агрессора, который терроризирует украинские города беспилотниками и ракетами, и одновременно наказывает жертву за то, что та даёт отпор. Об этом пишет обозреватель журнала «Bloomberg» Хел Брендс.

Экономическая выгода для Америки в лучшем случае будет незначительной.

Но главное — эта сделка наглядно демонстрирует более глубокие проблемы в политике Трампа в отношении Украины.

Президент искренне хочет добиться мира в этой стране.

Однако его стратегическая недальновидность и отсутствие дисциплины снова и снова усложняют решение этой задачи.

Подробности сделки вызывают уныние. США согласились временно снять санкции, чтобы Россия могла немедленно вывести на рынок около двух миллионов баррелей дизельного топлива.

Всего же предполагается поставить около 13 миллионов баррелей.

Вашингтон рассчитывает таким образом снизить цены на заправках в США перед промежуточными выборами, которые состоятся в следующем месяце.

Сделка заключена на фоне растущего недовольства США украинскими ударами беспилотников и ракет по российской энергетической инфраструктуре, которые усилили напряжённость на мировых рынках.

Однако неясно, поможет ли соглашение ослабить это давление: объёмы поставок относительно невелики, а настоящая проблема мировых энергетических рынков — война Президента с Ираном.

При этом стратегические последствия сделки могут оказаться серьёзными: она ослабляет стремление Запада сокращать закупки российских энергоресурсов.

Кроме того, под угрозой оказываются целый год усилий европейских стран, пытавшихся убедить Трампа в том, что именно Россия, а не Украина, является главным препятствием на пути к миру.

В результате возникает извращённая ситуация: Трамп пополняет казну неофашистской автократии и одновременно наказывает Украину за то, что она в порядке самообороны наносит удары по военной экономике Путина.

Двухпартийная группа сенаторов уже осудила эту сделку. Трамп защищает своё решение и объявил об «энергетическом перемирии» между Украиной и Россией — прорыве, который существует скорее в его воображении, чем в реальности.

Как бы ни завершилась эта история, она показывает, насколько предвыборные расчёты и экономические последствия войны с Ираном влияют на внешнюю политику США далеко за пределами Ближнего Востока.

Одновременно она позволяет понять, почему попытки Трампа завершить войну в Украине вызывают столько разочарования.

Похоже, Трамп действительно потрясён гибелью людей.

У него есть веские стратегические причины добиваться мирного соглашения: возможная бесконечная война в Персидском заливе и растущая военная угроза со стороны Китая в Тихоокеанском регионе требуют от США сосредоточить внимание на других направлениях.

Но его подход к мирному урегулированию принёс больше вреда, чем пользы.

Справедливости ради, реалистичная стратегия могла бы включать некоторые инициативы Трампа.

Например, требование к европейцам взять на себя основную ответственность за оказание помощи Украине.

Она также предполагала бы непубличные призывы к правительству Президента Владимира Зеленского признать, что Украина не сможет вернуть все территории, потерянные в пользу России, и вступить в Организацию Североатлантического договора — НАТО.

Однако вторая часть такой стратегии должна была бы предусматривать целенаправленное усиление санкционного давления на Россию, последовательную поддержку украинской кампании дальних ударов по российской территории и решительные меры, которые убедили бы Путина: он не сможет просто переждать американскую поддержку Украины или дождаться раскола западной коалиции.

Но здесь ситуация выглядит мрачно.

После публичной ссоры с Зеленским в Овальном кабинете в феврале 2025 года Трамп неоднократно вступал в открытые конфликты с украинским лидером и угрожал прекратить передачу Украине американской разведывательной информации и военную поддержку.

Он также конфликтовал с европейскими союзниками — не только по вопросам, где у него были веские основания требовать большего участия Европы, например в распределении расходов на оборону, но и по сомнительным инициативам, таким как приобретение Гренландии.

Администрация Трампа порой фактически вставала на сторону России, пытаясь влиять на европейские выборы.

Кроме того, Пентагон может вывести с европейского континента значительную часть американских войск именно в тот момент, когда Москва усиливает кампанию гибридной войны против Запада.

Сам Трамп и его помощники также создают отчётливое впечатление, что хотят вернуться к нормальному ведению бизнеса с Москвой, как только исчезнет эта досадная помеха — война в Украине.

Всё это, несомненно, укрепляет Путина в мысли, что при достаточном упорстве он сможет оторвать США от Украины и Европы.

Это придаёт ему уверенность в том, что он может победить в Вашингтоне, даже если не способен добиться победы на поле боя в Донецкой области.

Даже когда администрация Трампа пытается добиться мира, предлагая Украине серьёзные уступки — как это произошло на прошлогоднем саммите Трампа и Путина на Аляске, — такие инициативы не удовлетворяют Москву, которая выдвигает всё более масштабные требования.

Попытки Трампа добиться мира в Украине оборачиваются саморазрушительной политикой, отражающей два его наиболее серьёзных стратегических недостатка.

Во-первых, он постоянно неправильно определяет причину тупика в переговорах.

Порой кажется, что Трампа больше раздражает стремление Украины выжить в качестве независимого государства, чем навязчивое желание России эту независимость уничтожить.

Вопреки многочисленным свидетельствам обратного, он продолжает настаивать, что Путин хочет мира больше, чем Зеленский.

Возможно, такая позиция объясняется представлением Трампа о мире как о системе сфер влияния, в которой малые государства должны уступать требованиям крупных держав.

Однако из-за этого он не замечает главного: Путин стремится добиться капитуляции Украины в рамках более масштабного геополитического наступления на Запад.

Российский лидер остановится лишь тогда, когда продолжение войны станет для него слишком дорогим.

Во-вторых, Президент, отдающий предпочтение быстрым решениям, не способен выполнять кропотливую работу, необходимую для выработки стратегии.

Мирное урегулирование в Украине никогда не было бы простым.

Оно требует умелого сочетания давления на Москву и дипломатии.

Необходимо сохранять единство Запада и одновременно двигаться к компромиссам, которые не удовлетворят полностью ни одну из сторон.

Но Трампу не хватает терпения для продуманной и согласованной государственной политики.

Он пренебрегает консультациями с союзниками.

Поэтому он неоднократно выдвигал непродуманные мирные инициативы, которые вызывали тревогу в Киеве и европейских столицах, но не заставляли Путина менять позицию.

Теперь Трамп заключил сделку по дизельному топливу, которая принесёт незначительную экономическую выгоду, но повлечёт серьёзные стратегические издержки.

По сообщениям СМИ, он угрожает отказаться от поддержки Украины, если Киев не прекратит дальние удары по российским энергетическим объектам.

Между тем именно эти удары — один из наиболее действенных инструментов, позволяющих сделать цену путинской войны непомерно высокой.

В итоге Трамп ослабляет собственные рычаги влияния: он поощряет Путина продолжать наступление и одновременно растрачивает американское влияние в Киеве.

Мир в Украине — достойная цель. Но, к сожалению, Трамп не представляет, как её достичь.

• Другие новости: ЕВРОКОМИССИЯ НАПРАВИЛА УКРАИНЕ ЕЩЕ 2,86 МЛРД ЕВРО ДЛЯ ЗАКУПКИ ВООРУЖЕНИЯ И ОБЕСПЕЧЕНИЯ НЕОТЛОЖНЫХ ПОТРЕБНОСТЕЙ ФРОНТА